Искусственность или естественность
Так как на своих курсах я учу людей управлять своими эмоциями и чувствами, то нередко возникает вопрос: «А не потеряется при таком подходе естественность чувств и их проявлений? Не стану ли я тогда искусственным?»
Нередко я слышу и такое: «Для меня главное в человеке — это искренность». Управлять своими чувствами — это искусственно, это противоречит естественности.
То есть искренность и естественность часто априори считаются достоинством.
Но так ли это?

Искренность или естественность — это способ проявления личности, то, как человек выражает свои намерения и чувства.
Естественность может быть унаследованной от природы естественностью животного (даже в человеческом образе), а может быть обретенной заново естественностью развитой личности, научившейся и управлять собой, и выражать это адекватно.
В первом случае естественность чувств и их выражений может быть весьма вредной и разрушительной. Под искренностью и естественностью в этом случае понимается следующее: что человек чувствует, то и выражает вовне. И, продолжая нашу тему, «что пришло — то и выдаю». А по аналогии с поговоркой: «Что у пьяного в голове, то и на языке».
Действительно, образец такой искренности-непосредственности — это животное или человек в пьяном состоянии. Только искренность под действием алкоголя почему-то осуждается и уже за достоинство не принимается. А что же все-таки с трезвой искренностью?
Искренний непосредственный человек тем удобен в обращении, что по нему можно прочитать все, что он чувствует, думает и хочет сделать. Поэтому им, при желании, легче управлять. Если знать, на какую кнопочку нажать, то и можно получать желаемые результаты. С другой стороны, если не знать, то можно от него порой такого натерпеться!
Ведь пришло ему в голову, что вы ему почему-то не нравитесь, он вам это и выдаст. А так как он — искренний, то сдерживаться не будет. Например, скажет вам: «Да, видок у тебя неважнецкий, подруга — синяки под глазами и постарела как!» — это он совершенно искренне. Каково вам будет? Но он же сможет так же искренне вас и похвалить — тогда будет приятно (правда, если накануне не сказал вам чего-то другого).

Детской искренности принято умиляться: «Малыш ведь! Несмышлёныш…» Но иногда естественная детская жестокость или иные искренние проявления детских чувств и желаний могут больно ранить. Да и так ли уж естественно возникают обиды, возмущения, недовольства и прочие капризы? Не учится ли ребенок вызывать их в себе, чтобы получше влиять с их помощью на своих родителей? Почему чаще они возникают при мамах, чем при папах? Уж мамы это знают, как никто.
А если взрослый человек, уже не малыш, таким «несмышленышем» окажется? А, чаще всего, так и оказывается с самыми «естественными» и «искренними». Такая искренность в сочетании с глупостью такое натворить могут!
Главное, что именно человек искренне выражает и насколько полезна эта искренность.

Я рассматриваю искренность не как цель, а как средство. Не как достоинство само по себе, а как приложение к чему-то. Если человек умеет радоваться, испытывать интерес, уважение, восхищение и иные позитивные для общения чувства, то открытость и естественность — это необходимая форма проявления этих чувств. Искренность тогда становится прекрасным качеством такого проявления, идеальным проводником этих чувств. Если же он склонен к печали, злости, возмущению и прочим мало полезным в общении чувствам, то зачем тогда эта искренность и естественность нужна? Может, лучше тогда пока попридержать при себе такие чувства, а затем избавиться от них безопасным для окружающих и для самого их обладателя способом — путем освобождения от них или их сознательного изменения. Ведь как часто искреннее выражение разрушительных чувств приводило к разрушительным последствиям в жизни многих людей.
Интересно, что многие, считающиеся популярными или даже очень хорошими произведения искусств, прежде всего классические, привычно культивируют такие проявления глупой (принципиальной) искренности-честности. И, создав благодаря этому, себе и окружающим проблемы, герои таких произведений на протяжении всего фильма или книги расхлебывают или исправляют последствия такого принципиального неумения управлять собой. А зритель или читатель с вниманием и сочувствием следит за этим (сопереживает!) вместо того, чтобы, проанализировав его глупость, плюнуть на такого героя и заняться своей жизнью, а самому герою и автору мысленно посоветовать пройти какой-нибудь полезный тренинг (если еще не поздно).

Конечно, неумение естественно и убедительно проявлять выбранные чувства, то есть фальшивое проявление эмоций, даже если они и самые позитивные, лишают эти чувства убедительности и мешают партнерам по общению такие чувства серьезно воспринимать. Фальшь и неестественность — это очевидный недостаток, когда человеку не хватает умения и способности сделать что-то естественно легко и точно. На определенном этапе обучения и освоения навыка она вполне допустима и даже неизбежна — пока еще нет должного мастерства. И тогда приходится стараться, делать с излишней тратой энергии и потому не совсем точно. Но само намерение сделать так, как надо, уже ведет к тому, что когда-то это будет выполняться легко и точно. Если же фальши изначально бояться, то тогда невозможно учиться и осваивать какой-то навык поведения или управления собой. К ней стоит относиться только как неизбежному этапу на пути совершенствования, этапу, который должен быть пройден.
Могу привести пример из своей жизни: когда я начал учиться в своём первом театральном институте, то, покинув привычную среду обитания (окончил школу, уехал из семьи и родного города), вынужден был приспосабливаться к иным условиям жизни и способам общения. В этом кругу люди общались по-другому. Поэтому я был вынужден отказаться от многих привычных действий, манер поведения, эмоциональных оценок — тех, которые у меня получались раньше хорошо, так как были наработаны в прежней среде. При этом я не успевал еще выработать новый способ обработки информации, проявления чувств, подачи себя. Я еще не знал, на что и как реагировать, и потому часто ошибался, не всегда получалось то, что хотел -на время стал напряженным и фальшивым. За это, например, меня упрекали педагоги и кто-то из сокурсников. И меня это больно ранило, я не понимал, что происходит.
И лишь по прошествии двух-трех лет я вновь обрел естественность и легкость, но уже в ином качестве. Я стал другим, приобрел новые привычки и умения. Такие трансформации, когда я терял естественность поведения, происходили со мной еще несколько раз в жизни: какие-то были более болезненны (в армии, например), другие изменения и адаптация к ним проходили почти незаметно (смена профессии, города, где проживал). Со временем я наработал несколько разных стилей жизни и поведения, которые я легко и естественно уже воспроизводил, в зависимости от условий жизни.
Сейчас нередко мне делают комплименты, отмечая мою естественность и эмоциональность. И мне приятно это слышать. Так как я знаю, что эта естественность была создана мной, и я продолжаю работать над нею.

В человеческом общении неискренность также не всегда является чем-то однозначно плохим или вредным. Она — способ проявления того или иного чувства, не более. Если человек, мило мне улыбаясь, прячет агрессию по отношению ко мне или обиду на меня и если он изображает эту приветливость неискренне, то это может быть и полезным для меня, так как подсказывает мне истинные чувства этого человека в данный момент. Исходя из этого, я смог бы помочь этому человеку снять агрессию или выяснить причины обиды. Искренне же выражение агрессии могло принести мне или нашим отношениям явный вред, и естественное изображение хорошего настроения могло бы ввести меня в обман по поводу перспектив продолжения общения. Со стороны же моего партнера, столь неискренне выражающего себя, все могло бы восприниматься наоборот — фальшь навредила бы ему в одном случае, а могла бы и помочь: например, как подсказка мне того, что он не решается высказать.

Откуда берется фальшь?
Думаю, что неадекватность того, что чувствую и хочу, с тем, что я выдаю в окружающий мир, во многом замешана на чувстве страха — опасении выражать свои желания. Человеку уверенному в себе или самодостаточному редко требуется скрывать свои чувства, если он сам отвечает за их создание. Если же человек не уверен, можно или нет так думать, чувствовать или действовать, то он постоянно сам себя останавливает, одергивает — то делает шаг вперед, то шаг назад. И, в результате, стоит на месте — не может ничего выразить или же выражает одновременно несколько противоречивых чувств, которые друг друга гасят и вводят партнера по общению в заблуждение. Такое противоречивое восприятие ведет к тому, что человек, выражающий таким образом чувства, кажется неискренним.

Фальшь может быть, наоборот, следствием старания, которое также замешано на страхе. Страхе сделать не так, не достичь цели, не быть хорошим. Старание порождает излишние усилия, жёсткость, оно делает человека плоским, неинтересным и, как следствие, неэффективным и искусственным до фальши. Когда родители призывают детей стараться, они должны понимать, куда они его толкают.

Так же фальшь часто возникает у тех людей, которые хотят выражать нужные чувства, но ограничиваются их изображением вместо того, чтобы их действительно переживать. Часто это вытекает из дилетантского представления, что актерство — это изображение, и достаточно повторить форму, чтобы ее приняли за содержание. На большой сцене, действительно, некоторые приемы мастерского (обратите внимание — мастерского!) изображения могут выглядеть убедительными у талантливых людей. Но в жизни, когда все перед носом и видны малейшие нюансы, такие изображения чувств мало кого могут ввести в заблуждение и вызывают отторжение. В «боевых условиях» нашей жизни, где репетиций нет, следует учиться проживать чувства внутри — тогда умение выдавать вовне будет адекватно накладываться на благодатную почву.

Иногда фальшивое выражение чувств вытекает из излишней самоуверенности в своих способностях чувствовать и выдавать чувства по заказу или из попыток выдавливать чувства из себя, действуя насильственными методами («а ну-ка заплачь мне!»). В таких случаях чувства мстят и отказываются рождаться. Их надо уметь приглашать. И этому я посвящаю особое внимание на курсах по актёрскому мастерству и ораторскому искусству.

Не все дано нам от природы. Что-то мы можем развить искусственно, чтобы стать естественными.
Таким образом, естественность и искренность могут существовать на двух уровнях: механистичная животная естественность, вытекающая из неспособности или нежелания управлять чувствами и действиями, и обретенная через искусство управлять собой и умение выражать собственные чувства человеческая естественность.
Человеческая естественность, по сути, искусственна и стала естественностью тогда, когда искусственность превратилась в искусство.
Когда я умею хорошо владеть собой, вызывать нужные чувства и освобождаться от ненужных переживаний, когда легко и свободно выражаю то, что я выбрал, и делаю то, что считаю оптимальным сделать, я и становлюсь искренним и естественным человеком. И такую искренность я уже могу отнести к человеческим достоинствам. Это естественность мастерства. И в этом качестве естественность привлекает, а стремление к ней помогает развиваться.

Попрактикуйтесь:
«Лечение фальши»
Проанализируйте, какие чувства в каких ситуациях проявляются вами фальшиво?
Слышали ли вы подобные критические отклики от тех, с кем вы общаетесь? Почему эти чувства проявляются в таком несовершенном виде, и что вы под ними скрывается? Можно ли что-то изменить в своих действиях, чтобы выражать то, что вы хотите точнее?
Или стоит поменять сами эти чувства и действия и выражать что-то другое? А можно ли вообще выразить то, что вы чувствуете и хотите напрямую, ясно, не прячась за другими чувствами? Поможет ли вам это?
Если да, то сделайте.

«Лечение фальшью»
Попробуйте теперь иное: когда вы чувствуете накопление негативных эмоций и не уверены, что в какой-то момент с ними справитесь (да и просто они беспокоят вас), начните проявлять эти чувства открыто, чересчур открыто и нарочито, фальшиво и гротескно. Например, выступите с идиотски обличительной страстной речью (если что не нравится), поругайтесь максимально театрально (если злитесь), «поужасайтесь» беспредельно сильно (если тревожитесь)… И, возможно, через это действие выйдет накопившаяся энергия данного чувства, а фальшь его подачи — преувеличенная неестественность — снимет серьезность того, что вы делаете, для вас и того, кто при этом присутствует. Фальшивьте с пользой. Я знаю людей, которые такие спектакли устраивают время от времени — им помогает, рекомендую и вам
Made on
Tilda